Свежие краски музыкальной палитры. 26 декабря 2006 года
В середине декабря в Казахской государственной филармонии имени Жамбыла состоялись два концерта Государственного академического симфонического оркестра РК, где солировали учащиеся двух республиканских средних специализированных музыкальных школ-интернатов для одаренных детей.
Сначала воспитанники школы имени К. Байсеитовой с оркестром под управлением Е. Ахмедьярова, победителя Первого республиканского конкурса дирижеров имени Н. Тлендиева. Затем учащиеся школы имени А. Жубанова с оркестром под управлением дирижера П. Тарасевича.
СВЕЖИЕ КРАСКИ МУЗЫКАЛЬНОЙ ПАЛИТРЫ
Подобные концерты тем уже хороши, что в них звучат произведения, не затертые массовым слухом. Они исполняются редко или вообще не звучат в вечерних, «взрослых» концертах. Как считают дирижер Павел Евгеньевич Тарасевич и Тасмухан Жаксыгалиевич Исенов, завотделением духовых инструментов школы имени А. Жубанова, заслуженный работник культуры РК и почетный работник образования, такие концертные программы существенно обогащают музыкальную палитру Алматы.
— Павел Евгеньевич, вы получаете от педагогов подготовленных к концертному выступлению юных инструменталистов и выводите на сцену. Что зависит лично от вас для обеспечения их успеха?
П. Тарасевич: Помимо проведения ряда репетиций солистов с оркестром, я непосредственно перед концертом обязательно разговариваю с ними за сценой, а нередко и на сцене, прежде чем поднять дирижерскую палочку. Чтобы полностью их раскрепостить и настроить на исполнение.
— Это психология. А чисто творчески?
П. Тарасевич: Звук, как всякая физическая сила, воздействует на музыканта всесторонне. Вольно или невольно. Я слежу, как он, оказавшись в звуковой лавине, с каждой репетицией растет и зреет. На него действует и ансамбль, и сам зал, его атмосфера, даже убранство. Моя задача — подчеркнуть, насколько возможно, самые сильные стороны его игры.
— Как бы вы оценили исполнение Исламом Абдрахмановым (это ученик педагога Т. Исенова) 2 и 3 частей великолепного концерта для кларнета с оркестром Карла Марии Вебера (1786-1826 гг.)?
П. Тарасевич: Побольше бы эмоциональности! Но следует учитывать и акустический фактор. Зал филармонии в этом плане тяжеловат, в сравнении с залом Казахконцерта.
— Когда выступали юные скрипачи из школы имени К. Байсеитовой, было заметно, что и Нурии Каримбаевой в интродукции и рондо-каприччиозо Камиля Сен-Санса (1835-1921 гг.) (педагог Т. Данилова), и Диляре Есимовой в 1 части концерта П. И. Чайковского (1840-1893) (класс проф. Я. Фудимана) порой не хватало мышечных сил для извлечения звука во всей его многокрасочности.
П. Тарасевич: Но надо учитывать и то, что у нас в стране инструменты в основной своей массе вообще не слишком высокого качества.
Т. Исенов: У всех наших ребят инструменты ученические, не концертные. Только японский ксилофон достойного класса и отчасти тромбон. Концертные инструменты — очень дорогое валютное удовольствие.
— Павел Евгеньевич, не может ли академический симфонический оркестр выделить детям что-то из своего «инструментария»?
П. Тарасевич: Во-первых, инструмент вещь сугубо индивидуальная…
Т. Исенов: А во-вторых, нашим профессиональным оркестрантам следовало бы «памятник поставить» за то, что и при таких невзрачных инструментах они оказываются способными прилично музицировать.
П. Тарасевич: Самые титулованные музыканты Казахстана играют не на личных инструментах, а на предоставленных из государственной коллекции.
Т. Исенов: Что касается концерта № 1 для скрипки с оркестром П. И. Чайковского, то для учащегося его исполнение вообще составляет огромную проблему. Музыкант сам должен многое в жизни пережить, чтобы достойно явить слушателям сочинения такой внутренней силы, какая вообще отличает русскую классическую музыку.
— В один момент мне даже показалось, что скрипка Диляры Есимовой легкомысленно «подсвистывает» там, где она…
Т. Исенов: …должна была бы плакать?! Но полагаю, что в любом случае играть русскую классику юным исполнителям очень полезно. П. И. Чайковский и С. И. Танеев, Н. А. Римский-Корсаков и С. В. Рахманинов учат сердечной наполненности, широкому жизненному дыханию, сопереживанию. У молодых мал еще опыт уверенного и гармоничного звукоизвлечения.
— Обобщая впечатления от двух концертов, можно сказать, что большинству солистов недоставало артистизма. Преобладала некоторая механистичность звукоизвлечения. Многие замыкались в пространстве нотной тетради. Играли, не поднимаясь взором и душой над нотным текстом. Как добиться перехода от буквалистского воспроизведения нот к их осмыслению и художественному исполнению?
Т. Исенов: Достижению этой цели призваны служить и такие концерты, и участие в музыкальных конкурсах. Но надо иметь в виду, что многие наши учащиеся — с периферии. Алматинский уровень общей культуры и образованности приходит к ним не сразу. И следует заметить, что не всякому воспитаннику школы-интерната по карману билет на концерт. Свободного для них доступа, как это было в прежние времена, теперь нет.
П. Тарасевич: Для начинающего исполнителя чрезвычайно важно насыщение слуха классической музыкой. Ознакомление со всей программой концерта способствовало бы расширению его кругозора.
Т. Исенов: И росту не одной только музыкальной, но и общей культуры.
П. Тарасевич: Ограниченность интересов я наблюдаю, к сожалению, и у студентов фортепьянного отделения нашей консерватории. Может быть, потому, что они по природе своей ощущают себя солистами. У струнников иная картина. Они играют в оркестре и им интересен любой инструмент.
— Тасмухан Жаксыгалиевич, самая острая для вас проблема?
Т. Исенов: На отделении духовых инструментов острый дефицит мальчиков. На десять кыздар один бала. Мы вынуждены порой брать ребенка со средними данными в расчете на то, что он, может быть, со временем как-то раскроется.
— Какая будущность ожидает музыканта после окончания школы, а затем и консерватории? Не «потонет» ли он в общей массе оркестра? Или для некоторых есть перспектива сольного концертирования?
Т. Исенов: У духовиков это редкость. Иное дело пианисты или струнники.
П. Тарасевич: Отмечу в этой связи, как эффектно продемонстрировал мастерство фразировки в бетховенском концерте Ержанат Курмет (педагог Ш. Душанова). Несмотря на внешнюю свою сдержанность.
— Но ведь концерт Вебера для кларнета с оркестром увлек бы любой зал своей мелодической красочностью. Или концертино для тромбона с оркестром швейцарского композитора Карла Генриха Давида (1884-1951 гг.), где уверенно солировал лауреат республиканского конкурса Айдос Шаймерденулы (педагог М. Бисенгалиев).
Т. Исенов: Мы в основном готовим оркестровых музыкантов. Все духовые инструменты одноголосы. Самый универсальный инструмент — оркестр. Попасть музыканту в элитарный оркестр — задача из задач.
П. Тарасевич: Но и счастливая судьба. Хотелось бы, чтобы лучшие из наших юных исполнителей высшее образование получали за рубежом. Но обязательно вернулись на Родину. Многие, увы, уезжают безвозвратно.
— Позвольте завершить разговор впечатлением от последнего номера концертной программы школы имени А. Жубанова.
Заворожила слух 3 часть концерта для скрипки с оркестром Арама Хачатуряна (1903-1978 гг.), где сольную партию очень технично исполнил… на ксилофоне Данияр Бультриков, дипломант республиканского конкурса (педагог К. Бектаев). Ярко и точно следовал он всем нотам, предназначенным скрипке. Ксилофонная версия армянской песенной мелодии (которую композитор сделал главной темой в финальной части концерта) причудливо воссоздала образ горного речного потока, то стекающего, то стремительно летящего с каменистых уступов в облаке сверкающих брызг.
Сергей ИСАЕВ
