В январскую метель. Радиорассказ

21 января 1977 года.

19.00 — 19.20 ПЕРВАЯ ПРОГРАММА.

Ж. ДИКТОР: Говорит Алма – Ата.

(Вступает вой вьюги. Потом сливается с мелодией

Одной из любимых песен В.И. Ленина «Замучен тяжелой

неволей». После того, как оркестр проигрывает куплет песни,

вступает ведущий.)

ВЕДУЩИЙ (на фоне): Ледяной стужей ознаменовал свое вступление в

историю год тысяча девятьсот двадцать четвертый.

Рассвирепел январь и со второй половины завыл буранами и

затяжной метелью…

Ж.ДИКТОР (Сдержанно): Вы слушаете инсценированный радио рассказ

«В январскую метель», в основу которого положены

документальные материалы и произведения советских

писателей.

ВЕДУЩИЙ (на фоне): Двадцать первого января в шесть часов пятьдесят

минут вечера скончался Владимир Ильич Ленин. Двадцать

седьмого января утром гроб с телом Ленина был установлен

на Красной площади.Москвичи и многочисленные делегации

прошли у гроба вождя. В четыре часа под звуки траурной

музыки, тысяч гудков фабрик и заводов, под залпы орудий

гроб с телом Ленина был перенесен в Мавзолей. С глубокой

скорбью трудящиеся Советского Союза, всего мира проща-

лись с Владимиром Ильичём Лениным – своим учителем и

защитником.

(Музыка микшируется. Вой метели. Скрежет льдин, напираю-

щих на борт парохода. Судовые склянки.)

ВЕДУЩИЙ (через паузу): В день похорон Ленина в одесский порт при-

шел пароход «Галифакс». Он пришел из Лондона «за русской

пшеницей».

(Защелкивается дверь капитанской каюты. Вой метели смол-

кает. В каюте иногда слышен говор попугая или голос певчей

птицы.)

СМИТ: Разрешите, сэр?

О^,НИРН: Входите, Смит, входите.

СМИТ: Два сообщения, капитан.

О^, НИРН: Да, Смит.

СМИТ: Первое – из порта. Погрузки сегодня не будет.

О^, НИРН: Так-с. Этого следовало ожидать.

СМИТ: Но… контракт, сэр?!

О^,НИРН: Будьте объективны, Смит. Погрузка сегодня немыслима даже

без большевистского траура. Девятибалльный шторм. Сигару?.

СМИТ: Благодарю, сэр.

О^, НИРН: Второе сообщение?

СМИТ: С «Бикенсфильда». Он замерз во льдах. Возле Снежайки.

О^, НИРН: Бедняга Коллинз!

СМИТ: Капитан Коллинз просит о помощи.

О^, НИРН: «Бикенсфильд»… Я очень сожалею, Смит. Передайте Коллин-

зу мое глубокое сочувствие и, вместе с тем, мою глубокую

уверенность в том, что с божьей милостью и при должном му-

жестве они выйдет победителями в этой борьбе со стихией!

СМИТ:Прекрасно сказано, капитан О^,Нирн.Если к этому еще добавить…

О^,НИРН (Перебивая): Смит, дорогой мой! Вам как первому помощнику

капитана неужели не ясно, что альтруизм в данной ситуации

может привести к тому, что мешки с пшеницей придется

завтра грузить… на лед. И не матросам., а – нам с вами.

СМИТ: Вот видите! А вот если бы мы сегодня произвели погрузку и дви-

нулись бы не медля, к ним, то…

О^,НИРН: … То в ледовом плену оказались бы два парохода – «Бикен-

фельд» и наш «Галифакс».

СМИТ (через паузу): Отличная сигара, сэр.

О^,НИРН: Нет, я понимаю вас, друг мой: морская солидарность – вели-

кая вещь! Но видит бог, никто не мог знать, что мы попадем в

такой ледовый переплет. Я вожу судно в Одессу вот уже почти

три года… Да, три года – мы заключили торговое соглашение с

Советами в марте двадцать первого, – так вот за это время я не

видел ещё ничего подобного.

СМИТ: Да, сэр. Я могу судить только по прошлой зиме. Прошлая зима

Была не в пример этой.

О^,НИРН: Прямо Арктика какая-то, а не Чёрное море. Кстати, вы не бы-

вали в Мурманске?.. иль в Архангельске?

СМИТ: Я вообще предпочел бы Бомбей или Сингапур, сэр. А не эту

«Парижскую коммуну» на русской почве.

О^,НИРН: О господи, Смит! Вы не член лейбористкой партии. Ну, ладно,

я – консерватор. Но вы-то! Вы-то! Член «рабочей» партии!.. Где

это мы стояли? В Пирее, кажется… Да, в Пирее, когда в декабре

пришло сообщение, что ее величество поручило лидеру вашей

партии сэру Макдональду сформировать новое правительство.

СМИТ: В Пирее, сэр.

О^, НИРН: Никогда не забуду, как бурно вы отреагировали. (Хохочет.)

Перед Босфором только пришли в себя!

СМИТ: Гхм, капитан О^,Нирн…

О^, НИРН: Ну, не сердитесь… А вы знаете, за что вы пили ром?

СМИТ: За победу своей партии.

О^, НИРН: А значит, и за ее политику. А как же иначе? Так вот поговари-

вают, что правительство сэра Макдональда со дня на день при-

знают большевистскую Россию де-юре. Почитайте газеты. Вот

пачка стамбульских.

СМИТ: Слухи, сэр.

О^,НИРН: Слухи-то слухи, дорогой Смит, но, как говорится, не лишенные

основания и смысла. Останься у власти наша партия, сэру Ллойд

Джорджу и лорду Карзону пришлось бы всё равно заниматься

этой проблемой. Знаете, что сказал однажды сэр Ллойд

Джордж? Мир невелик, а нации очень зависят друг от друга.

Мы, – сказал он, – зависим от России, а Россия зависит от нас.

СМИТ: Очень странно, капитан О^,Нирн.

О^,НИРН: Что странно, Смит?

СМИТ: Летом прошлого года – я это хорошо запомнил – вы цитировали

совсем другие слова достопочтенного экс-премьера. Совсем дру-

гие слова.

О^,НИРН: Ну-ка, ну-ка, какие же?

СМИТ: Дословно я, пожалуй, не воспроизведу сейчас. Но смысл в том,

что, мол, если нам не удалось реставрировать Россию с помощью

силы, то мы сделаем это, то есть спасем ее с помощью торговли.

Так, кажется…

О^,НИРН: Ха-ха-ха!.. У вас банкирская память, Смит! Да. Времена

меняются, друг мой. А слова – как листва. И они желтеют и

осыпаются. Нота лорда Керзона Москве вошла в историю, но

изменить историю оказалась не в силах.

СМИТ: Хорошо сказано, сэр.

О^,НИРН: А чтобы вам стало до конца понятно, какого дьявола мы тор-

чим здесь, в ледяной Одессе, а не катаемся на слонах под паль-

мами Бомбея, – вот вам на размышление еще пара слов: Есть

сила, большая, чем желание, воля или решение любого из

правительств. Эта сила – общие экономические всемирные

отношения, Смит.

СМИТ: Я запомню, сэр. Чье это?

О^,НИРН: Ленина.

СМИТ: Ленина? Да вы – марксист, капитан О^,Нирн?!

О^, НИРН: Бросьте, Смит. Я реалист. Хотя и консерватор. У вас потухла

сигара, мой друг.

(Стук в дверь каюты.)

Да-да. Войдите.

(Входит боцман.)

БОЦМАН: Я прошу прощения, сэр.

О^,НИРН: Что, боцман?

БОЦМАН: У команды есть к вам дело, сэр. Они просят вас их выслушать.

О^,НИРН: Кто именно?

БОЦМАН: Эти. Цветные. Из машинного отделения. Они на палубе.

О^,НИРН: Почему на палубе?

БОЦМАН: Они просят вас из выслушать, сэр.

О^,НИРН: Хорошо. Сейчас я выйду. Ступай.

(Дверь защелкивается.)

СМИТ: Если вы позволите, сэр… Я дам команду, чтобы они спустились

назад, в трюм.

О^,НИРН: Нет, мой друг. Матросы машинного отделения на любом

корабле – это пролетариат. Даже если это негры и малайцы.

Мы у берегов России. Льды у борта. Команда нервничает. Не

будем обострять. Главное сейчас выяснить – что им нужно.

Пойдемте.

(Щелчок двери. Вой вьюги, скрежет льдов о борта.

Очень издалека, из порта, доносятся срываемые

ветром звуки духового оркестра.)

НЕГР (на фоне): Капитан О^,Нирн! Сегодня нет погрузки. Отпустите нас

в город до вечера.

О^,НИРН (через паузу, на фоне): Гм-гм, шторм имеет девять баллов,

ребята. И он усиливается. Возле Санжейки замерз во льдах

«Бикенсфильд». Барометр показывает то, что лучше ему не

показывать. В такую погоду команда должна быть на судне.

Всем оставаться на местах! Всё. Боцман, зайдите ко мне в каюту.

(Щелчок двери. Поёт певчая птица.)

О^,НИРН: И весь разговор. Бр-р-р-р… Смит, откройте бутылку коньяка.

СМИТ: Я предупреждал вас, сэр, не стоило вам выходить в такую ме-

тель лишний раз.

О^,НИРН: Пустяки, друг мой. Боцман! Палуба не бульвар. Загоните-ка

этих ребят в трюм.

БОЦМАН: Есть, сэр.

О^,НИРН: И следите хорошенько, чтобы никакого самовольниченья. Вы

лично отвечаете за порядок, боцман.

БОЦМАН: Есть, сэр. Разрешите выполнять?

О^,НИРН: Ступайте.

БОЦМАН: Есть, сэр.

(Щелчок двери. Вой вьюги. Издалека рваные звуки духового

оркестра.)

БОЦМАН (на фоне): Ну, давай, Джо, беги…

НЕГР (на фоне): Спасибо, сэр!..

БОЦМАН (на фоне): Какой я тебе «сэр»?! Бегите скорее, ребятки. Чтобы

вернулись не позднее семи часов. Верёвочная лестница будет

на месте. И старый боцман будет на месте…

НЕГР (на фоне): Спасибо, друг… Ну, Линь, давай!

БОЦМАН (на фоне и уже на расстоянии): Слышишь, Джо! Слышишь,

Линь! Поклонитесь от меня там! Скажите там, в Одессе, что

старый боцман Рэй Уайт тоже с ними, там. И осторожно по

льду, смотрите!..

(Звонят склянки. Вой вьюги. Пауза.)

СМИТ (на фоне): Эй, боцман! Вы загнали людей в трюм?

БОЦМАН (на фоне): Я загнал их сэр!

(Сквозь ветер нарастающий ход большой массы народа.

Это идут, строясь в колонны, портовики на траурный

митинг. Одновременно усиливаясь, звучит духовой

оркестр.)

НЕГР (на фоне, задыхаясь от быстрого шага): Товарищи, май диа

френдз! Мы с вами! Мы с вами! Ви ар виз ю! Ленин, Россия,

революшн… – мы с вами! Ви ар виз ю!

(Музыка выводится и смолкает. Сквозь вой вьюги доносит-

ся прерывистый голос оратора на митинге.)

ОРАТОР: Товарищи! Умер вождь мирового пролетариата Ленин. Партия

понесла невозвратимую потерю. Умер тот, кто создал и воспитал

в непримиримости к врагам большевистскую партию. Ленина

больше нет, но его дело останется незыблемым. Советская

власть стоит! Стоит твердо на своем посту, на страже завоева-

ний пролетарской революции!.. Вместе с нами братья по классу

во всех странах мира…

НЕГР (тихо): Ленин, Россия, революшн, ви ар виз ю! Мы с вами товари-

щи!..

ОРАТОР: На смерть вождя мы ответим еще большей сплоченностью,

выдержкой и железной дисциплиной! Смерть вождя партии и

класса зовет лучших сынов пролетариата в наши ряды!..

Советская власть стоит! И будет стоять, пока живо имя и дело

нашего дорогого Ильича! Будет стоять вечно!

(Вступает хор, исполняющий первый куплет и припев

«Интернационала».)

ДИКТОР (без фона): Вы слушали инсценированный радиорассказ «В

январскую метель», созданный на основе документальных

материалов и по мотивам произведений Николая Островского и

Исаака Бабеля. Автор радиорассказа Илья Синельников.

Режиссеры… В ролях артисты…

Передача подготовлена Главной редакцией литературно-драматического вещания Казахского радио.

(И.Синельников.)