Как сорока медведя спасла
Сорока-белобока кашку варила, мне сказку говорила…
…За синей рекой,
Под каменной горой,
На краю осинника,
Посреди малинника
Жили поживали
Медведь Данила
И медведица Ненила.
Летом они мёд и малину ели,
А зимой в берлоге друг дружку грели.
Свернутся калачом –
И мороз им нипочём.
Раз летела Сорока и видит, белобока:
Под горой по синей речке
Плывут в лодке человечки.
Спустилась пониже,
Подлетела поближе… –
И узнала Власа – лесничего.
Ну, значит, бояться нечего.
Был, правда, с ним какой-то дядька усатый,
А в руках у него был бич хвостатый.
Но знала Сорока, что старый Влас
Никого в лесу в обиду не даст.
И не стала она трещать-верещать –
Медведей Данилу с Ненилой пугать.
Повыше взлетела –
И на макушку дерева села.
А гости вытащили лодку на песок
И вошли в осиновый лесок.
В это время Данила с Ненилой
Лакомились мёдом и спелой малиной.
И сказал им лесничий Влас:
«Большая потреба есть, братцы, до вас.
У Альберта Петровича
(Вот он вам кланяется)
Номер в Цирке ну никак не заладится!
Охота ему, чтоб медведи сами
Под его дуду с лентою плясали».
«Друзья мои! За службу за эту
Я каждому дам шоколадную конфету, –
Сказал дядька Альберт, выходя из-за куста
И шлёпая по сапогу рукояткой хлыста. –
Повезу я вас по железной дороге,
Будете жить вы в железной берлоге.
Там, скажу я вам, в любое время года –
Исключительно прекрасная погода!»
Стояли медведи, рты разинув,
А дядька Альберт,
Кулёк с карамельками вынув,
Сунул им в рот по паре конфет
И стал ждать ответ.
Тут говорит Ненила Даниле:
«И что мы в этом Цирке забыли?!
Эй, дядя!.. Сладка карамель эта ваша.
По мне же – так слаще малина вот наша».
Дядька Альберт как захохочет:
«Да в Цирке – малина!
Ешь, сколько хочешь!
Там будет у каждого бочка мёда.
Плюс – исключительно прекрасная погода.
Зимою не надо вам лапу сосать.
Будете с лентой под дудку плясать.
Поймите ж вы!! – лучшие в жизни моменты –
Это горячие аплодисменты!»
И сказал тут Данила Нениле:
«Ты б, Ненила, меня отпустила.
Не конфеты нужны мне, не ленты –
Только мне глянуть на аплодисменты.
Гляну, Ненила, разок – и вернусь.
За час-другой обернусь».
Сорока, видя такое дело,
Слетела с макушки и полетела.
Сначала – над лодкой,
Потом – над вагоном…
Под семафорами –
Красным…
Зелёным…
В город влетела –
Туда-сюда зырк:
– Где этот Цирк?..
А дядька Альберт, морщиня лицо,
Защёлкнул на шее Данилы кольцо
И, поводок затягивая,
Сказал, слова растягивая:
«Запомни, Данила! Цирк – не лес.
Ты там, куда хочешь, туда и полез.
А в Цирке у нас разговор короткий:
Не будешь послушный – отведаешь плётки.
Пока поживика-ка в железной клетке».
А Сорока сидит на фонаре, как на ветке,
И кричит на всю улицу:
– Караул!..
Дядька Альберт нас обманул!..
Тут-то Данила изо всех своих сил
Бросился на обманщика и сапог ему прокусил.
Альберт посадил Данилу на цепь,
Поставил клетку на прицеп
И сказал шофёру:
«Ра-аз о-он та-ак!.. –
Отправь его, милейший, в Зоопарк!
Нет у него никакого таланта.
Жалко мне на него провианта.
Видно, мало в детстве его пороли.
Вези!.. А я лечу на гастроли!»
И как хлестнёт хлыстом по колесу –
Сшиб на землю
Бабочку,
Муху
И осу.
И вот живёт Данила в Зоопарке. В клетке.
И все кидают ему пряники и конфетки,
Финики и груши ему бросают.
А он стоит клетку трясёт-сотрясает.
Не нужен Даниле не фантик, ни финик.
А нужен осинник родной да малинник.
А Ненила все глаза проглядела,
Похудела вся, поскучнела.
А тем временем Сорока
Прилетела издалёка
И мигом к Нениле – поведать о Даниле.
Как узнала Ненила, что стало с Данилой, –
Не мешкая ни часа, Бегом – к домику Власа.
Несётся к лесничему изо всех своих сил,
А Влас в тот момент к дому хворост носил.
Как увидел Ненилу, так и сел на пороге:
«Здорово! Что новенького в берлоге?»
«Спаси, Влас, Данилу!
Он – в Зоопарке!
Какие хочешь, бери подарки!»
Грохочет весь лес – и рёвом, и воем.
А Сорока за Власом летит конвоем.
У Зоопарка прибавил Влас шагу.
И прямо – к директору:
«Отпусти бедолагу!
Жена его Ненила совсем извелась…» –
И горькими слезами заплакал Влас.
А Сорока с крыши – во всю свою силу:
– Дир-ректор-р!.. Слышишь?..
Выпусти Данилу!!
У директора Зоопарка было доброе сердце:
Распахнул он Данилину дверцу.
И с Власом в осинник вернулся Данила,
Тут чуть не в присядку пустилась Ненила.
Теперь на опушке поставлен щит:
«НЕДОБРЫМ ЛЮДЯМ ВХОД ЗАКРЫТ!»
У щита на столбе сидит Сорока,
Глядит сторожко в оба ока.
А Влас с Данилой малину собирают.
И с Ненилой медвежат качают…
